"Тридцать три счастливых платья"

 

У каждой настоящей женщины есть особенное платье. Бывает, откроешь, шкаф, перебираешь вешалки, прикидывая, что надеть, или копаешься на полках в поисках нужной вещи, и вдруг на глаза  попадается уголок старого платья, которое не носишь давно, но отдать кому-нибудь или выбросить рука не поднимается, и ты замираешь, и на минуту забываешь зачем открыла шкаф, и что-то уже всколыхнулось в груди, и сердце забилось чаще, и ты вытаскиваешь это платье из небытия, прижимаешь его к лицу, вдыхаешь тот самый, только тебе знакомый аромат, и в голове уже звучит музыка, стихи или особые слова. И не закрывая шкаф, забыв, что уже везде опаздываешь, ты бежишь к зеркалу, прикладываешь к себе платье и видишь себя счастливой, красивой, как в тот незабываемый день.

- Джефф, у меня есть мечта!

- Господи, дай мне силы, - прошептал Джефф, а громко сказал, - какая, дарлинг?

- Когда-нибудь превратить наш дом в “Bed and Breakfast”[1].

- Так ждать осталось недолго. Скоро гости соберутся на твой день рождения, и наш дом автоматически превратится в гостиницу. Причем бесплатную.

Люди делятся на три категории: на тех, кто любит свои дни рождения, тех, кто не любит и тех, кто не знает или не помнит, когда у них день рождения. Я отношусь к первой категории, хоть помидорами меня закидай. Даже, если кто-то там думает: стыдно, тетка старая, поскромнее надо быть - все равно люблю. Люблю приглашать, готовиться, нервничать, испытывать легкое возбуждение перед приходом гостей: все ли успела, красиво ли сервирован стол, хватит ли угощения, заведен ли патефон, проигрыватель, магнитофон, CD- плэер, iPod. Хорошо ли сидит на мне новое платье, и какие туфли, бижутерия, мей-кап будут к лицу и платью? Приятные, одним словом, хлопоты. Люблю, когда гости поднимают тосты, нахваливают еду и хозяйку. Люблю слушать, хотя бы раз в году, какая я молодая, красивая, умная и гостеприимная.

В этом году, поскольку был как бы оооочень круглый юбилей, гости пожаловали с проживанием. Ну не вернутся же они в Нью-Йорк или Калифорнию после пьянки-гулянки. Поэтому празднование растянулось на несколько дней, и дом наш превратился в отель. Утро начиналось с ведра кофе, затем плавно перетекало в завтрак-ланч-обед-ужин-вино-коньяк-виски, а в седьмой, пожалуйста, шампанское. Кухня превратилась в предприятие общепита, из загашников выудились кастрюли-выварки и сковородки размером с мини футбольное поле. Хорошо приехала мама Джеффа Барбара и как-то взяла плиту-духовку в свои руки. А еще, между делом, посадила цветы вокруг беседки, переставила мебель и перекрасила наш сарай из скучного белого цвета в сочный зеленый.

Наступил день X. Подруги рыскали по шкафам, гардеробным и сундукам в поисках «особенного, счастливого платья». Кто-то решил не заморачиваться и пойти по простому пути: « Представлю-ка я свадебное платье, чем не особенное?»

К сожалению, не у всех свадебные платья оказываются счастливыми – люди расстаются, разводятся. Некоторые звонили, сетовали:

- Вика, ну ты и придумала. Мы же эмигранты, все наше особенное осталось дома. Я приводила им в пример Аню. Однажды я зашла в гости к Ане. Мы поболтали о том о сем, и разговор вдруг плавно свернул на свадебные платья. Я долго описывала Ане, где у меня была какая розочка, а Аня говорит:

- Хочешь я тебе мое свадебное платье покажу?- На фото?- Нет, в гардеробе, – совершенно серьезно ответила Аня.- Аня, я не могу в это поверить. Ты привезла из Киева в Вашингтон свое свадебное платье, в котором выходила замуж двадцать пять лет назад?- Вика, я тебе еще больше скажу. Я привезла сюда свою школьную форму, которую носила в десятом классе, и платье, в котором я встретила Петю.Я всегда знала, что наш народ, который так чтит святыни, «не задушишь, не убьешь».Или приводила в пример Арину.- Извини, подруга, из Таллинна к тебе на девичник прилететь не смогу, но вышлю тебе по почте тот самый малиновый сарафан, я надевала его на твое двадцатипятилетие в Ереване, помнишь?- Ага, забудешь такое. Он еще жив?- Когда моя дочь ищет что-то в малодоступных местах нашего большого шкафа, и ей попадается этот довольно дурацкий сарафан, у меня нет внятного ответа на вопрос, почему я не могу выкинуть эту тряпку. Просто не могу - и все. - Высылай.Рассказывала я и про Лену, у которой особенное платье – маленький велюровый кусок ткани на бретельках, едва прикрывающий попу и грудь. Зато «от самой Патрисии Касс»[2]. Лена, как услышала голос Патрисии, как увидела синее бархатное на тоненьких бретельках платье-мини на мадмуазель, так потеряла покой. Искала платье и кассету с песнями. Голос Патрисии Касс забыть невозможно. Впервые я услышала ее песни в машине друга. Он привез кассету с ее первым альбомом в Армению из Венгрии. В одном из баров Будапешта, где друг в основном проводил свой отпуск, он услышал песни неизвестной француженки, поинтересовался у бармена:- Кто это?- Патрисия Касс.Вышел из бара, целенаправленно пошел в магазин и купил кассету.С фотографии на меня смотрела худенькая девушка с короткой стрижкой и в маленьком черном платье, похожем на комбинацию. Голос у девушки оказался низким, сильным, пела она с неожиданной экспрессией и сразу же запоминалась, доставала до самых глубин и не забывалась. Лене найти платье все не удавалось, она уже подумывала купить синий бархат и заказать платье в ателье, но в начале девяностых из магазинов исчезло все, в том числе и ткани. А бархат остался только тяжеленный, негнущийся и побитый молью, как занавес в Доме культуры. В те годы модницы из магазинов «Березка»[3] и ателье перебрались на рынки. И вот однажды, когда Лена отправилась на рынок за продуктами, в палатке с гордым названием «Мода из Милана» на пластмассовом полуманекене она вдруг увидела платье своей мечты: точно такое же, как у кумира. Синее, мини, велюровое: еще лучше, чем бархат, мягче подчеркивало фигуру в самых аппетитных местах, открывало ноги и грудь. И размер был именно тот, что нужен - petit - Лена невысокая. Уронив сумки с курицей и картошкой, Лена бросилась примерять платье за занавеской. Платье сидело на Лене, как влитое. Лена с удовольствием осмотрела себя в огрызке зеркала: ноги стройные и красивые, грудь торчком, лифчик не нужен, талия подчеркнута. Лена повернулась к огрызку спиной и кокетливо изогнулась, чтобы оглядеть себя сзади.

«Смерть мужчинам,- подумала Лена.- Надо брать.»

Но денег на платье с собой не было.

- Пожалуйста, не продавайте! - попросила Лена необъятную продавщицу в ватнике, лузгающую от скуки семечки,- Я вмиг слетаю домой за деньгами.

- Лети, - согласилась женщина. - Оно все равно ни на кого не лезет. И сплюнула цепочку шелухи на грудь.Прошло двадцать лет, много интересного было пережито и переделано в любимом платье. Ничего с ним не случается, выглядит так же презентабельно и до сих пор носится, потому что самого простого фасона. А, как известно, все гениальное - просто. Подруги слушали мои истории и хныкали:

- Но у нас ничего особенного нет, только ширпотребные платья из американских магазинов, купленные уже здесь. Вспомнив, что я - учительница, строго сказала:

- Девочки, не верю. Творите новейшую историю. Включите креатив. И они включили. Нашли не только особенные платья, но еще и историями поделились, только успевай записывать...

 

Share on Facebook
Share on Twitter
Please reload